Главная » Отдел журналистских расследованийСуды и судьбы » Цена свободы или расценки на годы жиз...

Цена свободы или расценки на годы жизни?

«Обвинитель и судья не могут совмещаться в одном лице.»

Древнегреческий  философ Менандр

 

 

Продолжение   журналистского расследования  http://sudebniy-reporter.ru/cena-svobody/

Недавно Генеральный прокурор России был  просто вынужден говорить- не больше не меньше-  как о ДЕГРАДАЦИИ СЛЕДОВАТЕЛЕЙ в России.

 

«За последние два десятилетия в работе отечественных следователей произошла деградация. Такое мнение высказал генеральный прокурор России Юрий Чайка во время совещания в Туле, передает РИА Новости.
«Если 20-25 лет назад следователь и преступник — это борьба интеллектов, то сейчас все очень просто — СИЗО, особый порядок, в котором сегодня рассматривается до 70 процентов дел», — сказал он. «И наступает деградация, и он считает, что может таким же образом реагировать на законные требования прокуроров, к сожалению», — добавил генпрокурор.
Чайка подчеркнул, что на законные требования прокурора следователь должен реагировать в законном же порядке. «К сожалению, для многих наших следователей сегодня уголовно-процессуальное законодательство, нормы материального права — это космос», — посетовал он.»

 

https://lenta.ru/news/2018/02/21/sledovatel/

 

Каково сказано??? А давайте попристальней как журналисты посмотрим на возможные причины такой деградации сотрудников следствия? Что же мы увидим?

 

По оценочному мнению многих  исследователей :  следствие  в нынешнее время  работает не  на установление  истины ,   а на показатели . Почему такое происходит?  А не потому ли, что показателями  следствия  нынче  являются направленные  в суд  уголовные  дела, по которым  вынесены   только обвинительные  приговоры???    И к сожалению  многие  наблюдатели констатируют:  во многих  судах  твориться  что-то непонятное  с обвинительным уклоном.

Зададим  же вопрос: почему в суде по наблюдениям многих участников уголовных процессов судьи часто необоснованно и тенденциозно пытаются открыто поддерживать обвинение и помогать ему?
Конечно обвиняемый, в силу своих прав , согласно ст. 47 УПК РФ может защищаться от обвинения любыми не запрещёнными законом способами, в том числе говорить правду или неправду. Но на основании чего многие судьи ведут себя так, что как будто всё что не сказал бы в суде обвиняемый – якобы всё это является неправдой, если сказанное им не согласуется с обвинением..

..Такое же право на защиту даётся обвинямому согласно Конституции ч.2 ст. 45 КРФ, где сказано что можно защищаться любыми способом, не запрещёнными законом. Это правовая казуистика по нашим наблюдениям используется нашими судами и следствием.
Зачастую в постановлениях и приговорах  мы можем видеть такую формулировку — » Занял позицию защиты , пытается уйти от наказания»  А  показания  свидетелей  защиты   —  как мы писали в этом материале   -в некоторых судах пытаются не брать во внимание, заявляя   фактически, что они дают ложные  показания, но при этом не возбуждая  уголовных дел  за это. Эта же казуистика используется и в других делах, в том числе и административных.

 

 

Разве мало вскрыто в судебной практике вариантов событий в уголовных делах , где  следователь или  обвинение может ошибаться или злоупотреблять полномочиями? Разве мало мы наблюдали в последнее время освещенных в СМИ примеров , когда следствие может действовать предвзято, ошибочно, или вообще противоправно?

Примеров хватает   https://legal.report/article/26022018/kak-chajka-proignoriroval-prosbu-bastrykina-i-ne-progadal

https://pasmi.ru/archive/200613/

Почему же в настоящее время зачастую судами вообще не рассматривается такие версии? Разве нам мало возбужденных уголовных дел по противозаконным действиям любых, в том числе и состоящих на высоких должностях  должностных лиц, в том числе и сотрудников Следственного Комитета РФ?

 

Но разве жизнь и свобода человека –  для судебной системы, которая должна действовать в интересах  народа России, может быть чем-то вроде «мелкого винтика» в системе Государства,  именем которого выноситься приговор?

 

И если многие  юристы  открыто говорят о  очевидных нарушениях прав  человека на  защиту  в судах, об  обвинительном  уклоне  судебных разбирательств,  об отсутствии  состязательности доказательств,  о нарушениях  то почему ничего не делается  для  исправления  ситуации?  Почему же  тогда так мало  судей  привлекается к ответственности   за  необоснованные  осуждения  при  очевидной недоказанности  вины осужденного?  Почему  при очевидных  нарушениях  законности, при реальных  и явных доказательствах невиновности часто выносятся обвинительные приговоры?

 

В одном из интервью нашем видеорепортаже краснодарский юрист- правозащитник  Оксана Козлова высказывает предположение, что многие суды не выносят оправдательные приговора  только  для того, чтобы государство  не  выплачивало  компенсации оправданным и получившим право на реабилитацию лицам. И такое  обстоятельство обоснованно  предполагает не только она, но и многие юристы-исследователи  этой  проблемы,  говоря  в своих  предположениях о том , что возможно  судам негласно  вменяют в обязанность покрывать  любые  «огрехи»   следствия, так как  денежных средств  на реабилитацию  пострадавших  людей в бюджете  просто нет.

Но тогда получается,  что  у нас   происходит  фактическое  издевательство над нашим народом, не имеющим надежды на справедливый суд?

Объясните нам  пожалуйста, уважаемый  председатель  Верховного суда России,  кто вообще для кого у нас в обществе  существует: суд для  нужд нашего  народа России   или у нас  народ является  «расходным материалом» для некоторых  судей???

 

И были ли  бы  при справедливом суде  возможны  нижеописанные события?

Журналисты газеты «Судебный репортер» в декабре 2017 года начали журналистское расследование по делу Ростислава Васильева и продолжают публиковать материалы, которые были получены в ходе нашего журналистского расследования о странностях и несостыковках во многих уголовных делах, связанных с незаконным оборотом наркотиков, в г. Краснодаре, в частности в деле осуждённого Ростиславе Васильеве.
В первой части нашего расследования, мы довольно подробно изложили суть дела, привели показания свидетелей, комментарии его отца. Как журналистам, нам было интересно узнать мнение по этому делу профессионального юриста, и мы договорились о встрече с адвокатом Адвокатского бюро «АБВД и Партнёры» Дмитрием Алексеевичем Байковым, который защищал Ростислава Васильева в ходе следствия, судебного заседания и продолжает отстаивать его интересы до настоящего времени. Все что сказал нам адвокат Байков, мы показали в видеорепортаже, и мы  согласны с его мнением , что очевидно  Ростислав  Васильев получил срок, только потому, что как офицер  полиции не пожелал нарушать закон.
Узнав о приезде журналистов федерального СМИ из Москвы в Краснодарский Край, к ним обратились многие правозащитники. Все что они говорили нам- мы также показали в нашем видеорепортаже.

В видеорепортаже мы показали многое из того что увидели, много документов находится в редакции. Судите сами  уважаемые читатели: разве мало  возникло вопросов по очевидно допущенным нарушениям в ходе следствия и суда?

По нашему мнению: вопросов — хоть отбавляй. Очень много вопросов не только к оперативникам ФСКН, но и к следователям и к суду.

Напомним самые важные моменты. Итак, 24 мая 2013 года, бывший( а тогда действующий)  оперуполномоченный уголовного розыска, капитан полиции Васильев Р. В. якобы продал некоему лицу, который фигурирует в уголовном деле, как «Цыган», «Назар», «Акопян Акоп Артурович» и «Горбатов Артур Васильевич» наркотическое вещество. Что бы избежать путаницы, мы опустим все имена Акопяна-Горбатова, и в нашей новой публикации  будем  продолжать  называть его просто «Назар».

Один из вопросов, возникших у журналистов к следствию таков :является то, почему не была проведена проверка Васильева Ростислава на полиграфе?   Ведь защита неоднократно направляла ходатайства об этом.   Может быть  этого  не сделали  потому, что тогда показания закупщика, понятых, а самое главное оперуполномоченного Никишина сразу бы теряли свою ценность? И тогда проверку надо проводить в отношении самого оперуполномоченного  с непредсказуемыми результатами?

 

 

Почему суд не учитывал независимые экспертизы, почему не упомянул о них в приговоре? Как можно было суду не обратить внимание на то, что в представленной операми ФСКН видеозаписи имеются прерывания и тем более склейки видеозаписи? Ведь   если это означает, что какая-то часть была удалена, то возникает вопрос:  кем, с какой целью  это было удалено и что было на удалённом участке записи?  Может быть  в этом случае верным наше  впечатление, о том что для Краснодарского правосудия  во многих делах  распространена наработанная практика: рассматривать доказательства обвинения и не обращать внимания на доказательства предоставленные стороной защиты?

 

А то, что главный «герой» — «Назар» подписывает целую кипу важнейших документов вообще не умея читать и писать, достойно пера Ильфа и Петрова. Хотя чему удивляться, если независимая почерковедческая экспертиза даёт заключение, что более 30 подписей «Назара» выполнено не самим Назаром. Так  почему же  у суда не возникает вопроса – если не «Назаром», то кем и для чего  была подделана его подпись?

 

Как сообщил нам адвокат Байков, у него есть доказательства того, что Назар, как минимум 6 раз совершал контрольные закупки и в качестве инициатора фигурирует всё тот же оперативник Никишин. Отсюда возникает вопрос: как  же получается,  что и в других делах, человек, не умеющий читать и писать , ставит подписи под документами, содержание которых ему не известно?
Мы  вернемся  снова  к  рассмотрению представленной  в суд видеозаписи.  Зададим вопрос :  финансовое состояние УФСКН Краснодарского Края  ,  как мы уже упоминали в первой части публикации, было настолько  «плачевно»,  что видеозапись оперативно-розыскных мероприятий велась на какую-то странную аппаратуру,  вроде мобильного телефона, а не как положено- на служебную видеокамеру, где можно выставить дату и время съёмки?   Или  чем  это можно еще объяснить?

Но мы  в нашем  журналистском расследовании  пошли  еще дальше, решив  проверить эту предоставленную в суд  видеозапись и некоторые  странные документы  в деле,  например то, который  назван  следователем  как «протокол проверки показаний  понятых».   Мы не нашли в  Уголовно -процессуальном кодексе названного так  процессуального действия.

 

Как пояснил нам адвокат Байков  и отец  осужденного Василий   Николаевич  Васильев ,  в этом   «документе»  было указано, что  съемка велась  якобы  сотрудниками ФСКН  из автомобиля в присутствии  понятых  с места по показанному нами в видеорепортаже адресу.  Мы  провели журналистский эксперимент,  в  котором  видеооператор поставив  нашу  видеокамеру  на  указанное в протоколе следователя место, на высоту  легкового автомобиля(  хотя согласно  «протокола» и показаний понятых  съемка велась с более низкой  точки находящейся  в салоне),  направил нашу  видеокамеру на место   событий.  Мы увидели, что даже в зимнее время  показанная в суде видеосъемка с этой точки  была просто НЕВОЗМОЖНА, так как  кусты перекрывали   видеокамере место событий.   А в  конце мая  в Краснодаре, во время  проведения той съемки  якобы  при оперативных мероприятиях  когда  растительность покрыта  листвой —  представленная в суд видеосьемка с этой  точки тех  событий  была тем более никак невозможна. Ракурс  видеосъемки,  представленной  в суд- не совпадал  с ракурсом  видеосъемки, проведенной  журналистами с места, которое  якобы  указали следователю  понятые.  Было очевидно, что видеосъемка  предоставенная в суд  — велась с совершенно иного места.  Мы  попробовали вести съемку места событий  якобы  сбыта наркотических средств   в  похожем ракурсе со  стороны   улицы  по указанному следователем адресу, но в  кадр  постоянно попадали  часто  проезжающие  автомобили, так как движение  на этой  улице  достаточно оживленное.

Отсюда у журналистов возникают вопросы: понятые были ли вообще на месте событий  или они дали следователю заведомо ложные показания? Или может быть  следователь составил этот «протокол»,   не выходя из кабинета?

Об  проверке  этого документа на месте событий судом, ходатайствовал в суде первой инстанции адвокат Байков.

Так  почему же суд  не обратил  внимание  на очевидные  признаки  фальсификации  доказательств или результатов  оперативно-розыскной деятельности в этом случае?  К этому моменту  мы еще вернемся.

 

Но это  далеко еще не все  процессуальные «сюрпризы» этого дела, обнаруженные  журналистами. Как пояснил журналистам адвокат, оказывается, в местном ФСКН техническая аппаратура и приборы не проходили сертификацию, о чём у адвоката имеются соответствующие документы. И как на такой аппаратуре можно определить: наркотическое ли вещество представлено на исследование или какое-то иное?  Как возможно достоверно определить вес этого вещества на не прошедших  сертификацию весах? А  ведь все это важные процессуальные моменты.

Чтобы не утомлять читателей перечислением всех нарушений, можем сказать в своем оценочном мнении журналистов  , что  общее  количество их  таково, что по нашим предположениям  ещё на стадии утверждения обвинительного заключения прокурором, прокурор должен был обратить на это внимание и уж ни каким образом не направлять дело в суд. Но  если  это дело в суд было направлено, значит, прокурор был уверен, что все эти нарушения и несостыковки «прокатят» и будет вынесен обвинительный приговор?  Отсюда вопрос:  у нас в  Советском районном суде  города Краснодара существует   презумпция невиновности или презумпция  вины?

 

Но «вишенкой на тортике» являются показания самого «Назара», данные в ходе судебного процесса и подтверждённые в апелляционном суде. Как пояснил журналистам адвокат Байков : главный свидетель обвинения  «Назар»заявил, что у него была обида на Ростислава Васильева, (так как  ранее Васильев Ростислав, как честный  сотрудник полиции отказался  нарушать закон в интересах этого «Назара»),  но он никогда не говорил, что Ростислав является сбытчиком наркотиков. Со слов  адвоката:   «Назар» заявлял, что говорил оперативникам: сбытчиком является совсем другой человек, некий неустановленный следствием парень по имени Владимир, с которым Назар действительно встретился за пару минут до встречи с Ростиславом и приобрёл у него наркотики  и все показания Назара   были отражены в судебном протоколе. Если верить рассказам  адвоката и отца осужденного :  получается что  и до суда Назар  и на суде заявлял, что приобрёл наркотики у Владимира, но доблестные оперативники  ФСКН вместе со следствием  почему-то Владимира не установили, а решили сделать сбытчиком Ростислава?

 

К сожалению, мы, как журналисты не смогли найти  этого «Назара» и поговорить с  ним самим, так что вынуждены опираться на слова третьих лиц, но   в редакцию  предоставлены копии документов, подтверждающих эти обстоятельства.

 

Мы понимаем возможное  недоумение читателя. Понимаем, что, скорее всего он скажет: «Такого не может быть».

 

Получается — может? Из того, что мы услышали от адвоката, родственников Ростислава, свидетелей выходит, что сбытчик наркотиков так и будет продавать людям всякую дурь, вовлекая в ряды наркоманов всё новых лиц, а оперативник уголовного розыска, имеющий  государственные и ведомственные награды за честный труд, будет не бороться с преступностью, а 11 лет сидеть за решёткой?

 

Но это далеко не все,  что  было обнаружено журналистами.
Пока мы проводили журналистское расследование по делу Васильева, к нам обратились краснодарские правозащитницы, Маргарита Юрьевна Дудина и Оксана Владимировна Козлова. Сын Дудиной так же был осужден за сбыт наркотических веществ. Эти женщины обратились к нам с одной целью, рассказать о грубейших нарушениях в работе Краснодарского ФСКН, возмутительном поведении представителей Следственного Комитета и чудесах творящихся в районных судах Краснодара.  Их рассказ мы  публикуем в видеорепортаже.

 

Далеко  не всё мы смогли вместить в  этот  видеорепортаж. Многие документы были переданы нам в надежде, что столичные журналисты смогут достучаться до высокопоставленных представителей Закона, что бы они обратили внимание на то, что творится в  Краснодарском крае.
Как могло произойти, что не только аппаратура не проходила сертификацию, но и сам «эксперт» не имел допуска, а значит и не имел права проводить исследования и экспертизы?

 

Как могут быть объективными понятые, которые являются стажерами в ФСКН?

 

Да, они ещё не аттестованные сотрудники, но они хотят ими стать, а следовательно  разве они не могут закрыть глаза на нарушения и фальсификации лишь бы получить заветную должность?

 

Со всеми реорганизациями органов правопорядка видимо, забыт основополагающий принцип представителя закона «Чекистом может быть лишь человек с холодной головой,
горячим сердцем и чистыми руками».
Хотя, чего требовать от оперативников и экспертов ФСКН, если в судах Краснодара творятся поистине мистические вещи. Вот только один пример.

 

В руках журналистов Протокол судебного заседания по уголовному делу №1-226/2014, который им  передала Дудина, и который ей выдали в Первомайском суде. «19 августа 2014 года. Первомайский районный суд г. Краснодара в составе: председательствующего судьи Махова В. В… продолжает рассматривать… уголовное дело в отношении Уварова…Терехова… Дудина… Заседание открыто в 11-30 часов…».
А вот ответ на запрос, полученный из батальона охраны и конвоирования  ГУ  МВД Краснодарского Края  «…конвоирование подсудимых Уварова, Терехова, Дудина… 19.08.2014 г… НЕ ОСУЩЕСТВЛЯЛОСЬ».

 

Имеется ответ и из того самого Первомайского суда, что протокол судебного заседания от 19.08.2014 г. предоставить не представляется возможным, ввиду его отсутствия в деле «одновременно сообщаем, что согласно системе ПС «ГАС-Правосудие» отсутствуют данные о судебном заседании 19.08.2014г.»
Вот это номер! Как это все понимать?

 

Может   быть через Краснодар проходит какой-то геологический разлом и смещаются временные пояса? Хотя, предполагаем скорее всего всё гораздо проще.

 

Предполагаем,  что просто Дудиной выдали заведомо подложный документ. Так о  каком правосудии при таких обстоятельствах  может идти речь?

 

Когда  журналисты  собирали  материал  по этому  делу- мы встречались со многими  людьми, которые  как-то сталкивались с  работой  УФСКН по Краснодарскому  Краю, но  многие из них  боялись  рассказывать   журналистам под запись обо всем  из-за того,   что — по  их словам-   бывший  руководитель  УФСКН  по Краснодарскому Краю — ныне занимает высокую должность в аппарате  Президента РФ.   Мы не знаем, правду ли говорили журналистам эти люди.    Но  рассказы  этих  людей  журналистам- было действительно  было  страшно слушать.

Если верить их словам,  то предполагаем,  что происходило следующее : фактически  многие  сотрудники  УФСКН  по  Краснодарскому  краю  организовали конвейер  вымогательства  денег с  жителей  края, фальсифицируя  доказательства  с помощью   нечистых на руку  «помощников»  из  различного отребья.  Как рассказывали журналистам жители края и правозащитники : по их предположениям    организаторы этого  «конвейера» не  оформляли надлежащим образом  оперативно-розыскные мероприятия, а обстоятельства якобы  совершенного  сбыта  наркотиков снимали на  камеры  мобильных  телефонов, а потом  шантажировали этой  видеосъемкой  и показаниями «помошничков»  людей . Мы  обоснованно предполагаем, что из-за  огромных  сроков наказания, предусмотренных законом за сбыт наркотических средств, со многих  людей  успешно  вымогали огромные суммы, так как нам рассказали  : чтобы  спасти близких от долгих  сроков заключения,  от судимости  по  позорной  статье,  люди залезали в долги, продавали квартиры и дома,  шли на противоправные  деяния-  лишь бы  заплатить вымогателям…  По предположениям  правозащитников   значительная  часть вымогаемых сумм передавалась  как  и руководству  УФСКН, так и иным заинтересованным должностным лицам, и   именно поэтому по заявлениям  о противоправных деяниях- не принималось надлежащих мер.

Исходя из вышеизложенного мы  как журналисты  предполагаем,  что в  освещенных в  этой  публикации случаях незаконным бездействием следствия и судов  Краснодарского края по сообщениям о преступлениях,  возможной  фальсификацией  результатов оперативно-розыскных мероприятий а также иными незаконными действиями  нарушено право на доступ к правосудию. Отказ в регистрации сообщения о преступлении, проведении проверки и принятии решения в порядке ст.ст. 144-145 УПК РФ представляет собой нарушение конституционных прав на защиту, ст. 6 Конвенции о защите прав человека и основных свобод и препятствует реализации положений главы 49 УПК РФ и ст.413 УПК РФ. Тем самым, положения главы 49 УПК РФ допускают проверку и оценку доказательств, положенных в основу вступившего в законную силу обвинительного приговора, и последующую отмену такого приговора при подтверждении факта фальсификации доказательств.

Глава 49 УПК РФ декларирует возможность отмены приговора по вновь открывшимся обстоятельствам, помимо апелляционной или кассационной инстанций.

Но в  связи  показанным в  нашем видеорепортаже    возникает закономерный вопрос, как можно добиться пересмотра приговора по вновь открывшимся обстоятельствам в связи с установленным в суде фактом оговора   или выявленными  фактами фальсификации доказательств, если следствие и суды не хотят проверять и устанавливать этот факт?

 

 

Сейчас такой структуры, как ФСКН больше не существует. По слухам, возможно эта реорганизация  произошла  из-за злоупотреблений в ней.  Функции ФСКН переданы МВД. Многие оперативники наркоконтроля получили новые погоны. Только бывший оперативник Никишин не пришёлся ко двору. Где он, доподлинно не известно. Говорят, уехал в родной город и занимается частным извозом. А Ростислав сидит. Сидят и другие возможно невинно осуждённые. Сидят и ждут справедливого суда. Дождутся ли?

 

 

 

Помните, как в кинофильме «Место встречи изменить нельзя» Груздев сказал Шарапову: «…если не жизнь, так хоть честь мою спаси». Мы никоим образом не претендуем на роль Жеглова или Шарапова, но наша редакция направит  официальный запрос, с приложением материалов, полученных в ходе журналистского расследования, в Прокуратуру, Следственный комитет и МВД Российской Федерации, с просьбой провести проверку по вышеизложенным фактам. Только тогда, когда невиновно осуждённые окажутся на свободе, а действительно виновных постигнет справедливое наказание, только тогда в этом деле можно будет поставить точку.
Исходные материалы видеозаписей интервью, документы на которые мы опирались, подготавливая этот материал, находятся в редакции газеты «Судебный репортер» и мы готовить их предоставить, по первому требованию, в инстанции, уполномоченные проводить проверку.
Какое бы не было решение по фактам, изложенным в публикациях, мы обязательно сообщим об этом нашим читателям.

 

    Авторы этого журналистского расследования просят считать эти видеорепортаж и статью-открытым обращением в административные и правоохранительные  органы, в том числе :Следственный Комитет России ,  Генеральную Прокуратуру Российской Федерации и Верховный Суд России, а также к депутатам Федерального Собрания Российской Федерации- Государственной Думы для проверки всей изложенной в них информации и возможного реагирования.

Наши журналисты продолжают вести журналистское расследование, наблюдая за всеми происходящими событиями. Обо всем увиденном мы будем информировать аудиторию нашего СМИ в продолжении этого материала.

«В середине февраля президент России Владимир Путин потребовал от сотрудников прокуратуры усилить надзор за следствием на всех уровнях, сообщал ТАСС. «Гражданин, обратившийся за защитой в правоохранительные органы, должен быть уверен, что ему помогут в сложной ситуации, восстановят нарушенные права, восстановят справедливость», — заявил глава государства.  » https://lenta.ru/news/2018/02/21/sledovatel/

Мы, как  судебные журналисты,   полностью поддерживаем  Президента  РФ  в защите законных прав людей в том числе и от противоправных деяний  некоторых должностных лиц.

А вспомнив вышеприведенную  речь Генерального прокурора  о  деградации следователей, мы вспомним и высказывание Стивена Патрика Моррисси

«Искусство деградировало, потому что мы живем во времена, когда нас отучают думать.»

Резонный  вопрос :  а зачем думать тем, кто может  что-то фальсифицировать?

Говорят, что «Наказанный преступник — это пример для всех негодяев; невинно осужденный — это вопрос совести всех честных людей.» Ж. Лабрюйер

 

Если это правда,  то  предполагаем , что   очень много  вопросов  должно  возникнуть   по совести у всех честных людей  по тому, что происходило в  Краснодарском Крае.

Авторы материала: Андрей Чередниченко , Георгий  Алпатов

Материал подготовили:

Сергей Феникс
Константин Смоктуновский

Полина Тодотова
Бено Арсенян

Лана Румянцева

Марат Каримов
Майер Ягуар
Сергей Устюжанин

Софья Кугер
Андрей Сапунов

и др. сотрудники  редакции  ИАГ»Судебный репортер»

В материале использованы фрагменты из публикаций иных средств массовой информации, социальных сетей , сети Интернет и иных открытых источников.

Мнение редакции может не совпадать со мнением авторов и мнениями,  выраженными в приведенных источниках.

 

Поделиться в соц. сетях

0

4 комментария к “Цена свободы или расценки на годы жизни?”

    НИКА пишет

    Пусть найдутся именно те силы и те люди, с помощью которых в деле офицера ВАСИЛЬЕВА РОСТИСЛАВА ВАСИЛЬЕВИЧА восторжествует Справедливость!

    Светлана пишет

    Ей Богу, как буд-то в кино это все происходит…сидит человек, порядочный, осужденный ни за что ни про Что, семья дома страдает….чушь полная, бред….почему такому хорошему человеку, такие жестокие испытания судьбы??почему те кто виноват и вообще все это спровоцировали остаются на свободе и продолжают свои грязные делишки???Что вообще за хаос творится в судебной системе??? За что вообще бедной жене, молодой молодой мамочке и ребеночку Ростислава свалилась эта беда???Почему они должны страдать за гнусные разборки каких-то третьих лиц???СВОБОДУ РОСТИСЛАВУ ВАСИЛЬЕВУ!!!!

    Наталья пишет

    Всем,всем,всем очень Вас прошу не оставайтесь равнодушными к беде семьи Васильевых. Ваш класс,ваше просто поделиться может оказать пусть маленькую, но помощь ! Чем больше людей будет знать об этом, тем быстрее придет справедливость. ВМЕСТЕ МЫ СИЛА !!!

    Сергей пишет

    Менты продажные осудили пацана не за что, оставили подрастающего сына без отца! Ростик однозначно не виновен! Свободу Ростиславу!!!!!!

Комментировать